Перед участниками первой смены «Взросление» XVII Всероссийского молодёжного форума «Машук» платформы Росмолодёжь.Форумы выступила доцент кафедры отраслевой и прикладной социологии СПбГУ, научный руководитель Социологической клиники прикладных исследований, и.о. директора Центра прикладной социологии и руководитель Центра мониторинга качества образования Санкт-Петербургского государственного университета Майя Русакова. Её лекция была посвящена современным вызовам, с которыми сталкиваются дети и подростки в цифровую эпоху, — от мошенничества и экстремизма до одиночества и дефицита живого общения.
Эксперт начала с темы цифровизации, которая кардинально изменила подход к реальности. Она разделила поколения на тех, кто родился до интернета, и «цифровых детей», которые появляются на свет практически с телефоном в руках. По словам Майи Русаковой, современные дети могут позвонить по видеосвязи ещё до того, как научились говорить, у них практически отсутствует барьер перед размещением информации онлайн, и они ставят знак равенства между виртуальным и реальным миром.
Одной из ключевых тем выступления стало одиночество — фактор, который беспокоит сегодня практически все поколения. Особенно остро, по словам эксперта, оно ощущается в подростковом возрасте, когда человек оказывается один в толпе, даже будучи окружённым людьми. При этом цифровые технологии могут работать и во благо — давая возможность написать о своих переживаниях в ночи и получить поддержку.
При этом лектор уделила уязвимости подростков перед мошенниками и вербовщиками. Она рассказала о результатах исследований, которые показали, что мошенники используют хорошо отлаженные алгоритмы, подбирая скрипты под конкретные уязвимости своих жертв.
Майя Русакова перечислила ключевые факторы, повышающие риск стать жертвой мошенников: стресс, усталость, фоновая тревога, недосып. Особенно уязвимы люди публичных профессий, в том числе педагоги — о них есть информация в открытом доступе, и мошенники могут оперировать реальными фамилиями и названиями организаций, создавая иллюзию звонка по делу.
— Нам часто звонят по делу с незнакомых номеров. У нас есть привычка отвечать на эти звонки. О нас есть информация в открытом доступе. Любой мошенник может оперировать реальными фамилиями, названиями организаций. У всех возникает ощущение, что это действительно звонок по делу, — пояснила эксперт.
Лектор остановилась на подростковой психологии. Внешняя самоуверенность, по словам Майи Русаковой, часто обманчива — подростки плохо оценивают себя и могут засомневаться даже после одного негативного комментария. При этом в возрасте 11–14 лет гормональные изменения делают их крайне чувствительными к оценке окружающих. Это касается не только девочек, но и мальчиков — всем важно быть привлекательными в этом возрасте, и эта острота уйдёт, но в момент она критически важна.
Эксперт также затронула тему вовлечения подростков в деструктивные сообщества. По данным исследований, большая часть детей, вовлечённых в террористическую деятельность, начинали знакомство в соцсетях — и часто первым контактом становилось общение с девочкой, которая казалась «безопасной». Первый контакт происходит на фоне поиска общения, и это очень важный момент, отметила она.
Говоря о профилактике, Майя Русакова подчеркнула, что простое информирование не работает — информированность не меняет поведение. Если педагог просто рассказал подростку информацию и считает, что этого достаточно, — это не гарантия снижения рисков. Самый эффективный метод — разбор конкретных случаев и историй.
Социолог также обратила внимание на феномен групповой идентичности. Подростки, объединяясь в группы, часто действуют от имени группы смелее, чем от себя лично. Чем больше человек идентифицирует себя с группой, тем охотнее он встаёт от её имени. И если в группе формируется общее недовольство и появляется «внешний враг», это может стать опасной точкой входа для деструктивных сил, предупредила она.
В завершение лекции эксперт дала практические рекомендации педагогам.
— Наши сообщения детям должны быть о том, что если ты видишь, что с твоим другом что-то происходит, скажи мне. Мы постараемся найти вариант, чтобы ему помочь. Потому что дети видят больше, чем видят взрослые, в отношении других подростков. Они знают о неблагополучии дома, о том, что ребёнка избили, что у него проблемы с отчимом. Мы узнаём об этом слишком поздно, иногда слишком поздно, чтобы вмешаться, — сказала Майя Русакова.